Вступление. Карта маршрута

Наша редакция всегда с особым трепетом наблюдает за тем, как юридическая мысль в России пытается победить законы арифметики, а иногда и здравого смысла. На этот раз в эпицентре нашего внимания оказалась авиакомпания S7, известная своим жизнерадостным салатовым цветом и, как выяснилось, не менее жизнерадостным подходом к наполнению салонов. Новость грянула, как гром среди ясного неба над Толмачево: суд запретил авиакомпании снимать пассажиров с рейсов по причине овербукинга. То есть, буквально. Транспортная прокуратура, этот оплот справедливости в небесах и на земле, добилась того, что теперь перевозчик не имеет права продать сто первый билет на стоместный лайнер. Мы, как люди, неоднократно стоявшие у стойки регистрации с глупым выражением лица и вопросом А как это места кончились?, должны бы ликовать. Но опыт подсказывает нам, что когда в России что-то запрещают, это что-то просто меняет название. Сегодня мы пройдемся по тонкой грани между защитой прав потребителя и суровой экономической реальностью, где самолет — не резиновый, а жадность — двигатель прогресса.

Анатомия лишнего пассажира

Давайте разберемся, что такое овербукинг, если отбросить сложные термины и говорить языком родных осин. Это когда авиакомпания, искренне веря в человеческую необязательность, продает билетов больше, чем кресел. Логика тут железная: статистика утверждает, что кто-то обязательно проспит, кто-то заболеет, а кто-то застрянет в пробке на Ленинградке. И чтобы самолет не вез воздух, авиаторы подстраховываются. Весь мир так летает. Это, простите, глобальный стандарт капиталистического хищничества. Но мы в России пошли своим путем. Нам кажется удивительным, что Транспортная прокуратура вдруг озаботилась тем фактом, что иногда статистика дает сбой, и к трапу приходит ровно столько людей, сколько купили билеты. И вот этот один, сто первый, с глазами, полными надежды и чемоданом, полным плавок, остается на земле. Обидно? Безусловно. Законно? Теперь, судя по всему, нет. Нам видится в этом решении суда некая детская наивность: словно если судья стукнет молотком и скажет Не продавайте!, компьютерная система бронирования, работающая на алгоритмах сложнее, чем у Пентагона, вдруг устыдится и перестанет это делать.

Суд против теории вероятности

Решение суда звучит как музыка для ушей пассажира: запретить создавать ситуации, когда количество реализованных билетов превышает количество мест. Звучит монументально. Но наша редакция, обладающая природным скепсисом, задается вопросом: а как это будет контролироваться? Представьте себе эту картину: менеджеры S7 сидят с карандашами и ставят палочки в блокноте. Девяносто девять… Сто! Всё, Галя, закрывай кассу! В реальности же овербукинг часто бывает техническим, сбойным, случайным. И вот теперь за этот случай авиакомпанию будут бить рублем и судебным предписанием. Мы не защищаем S7, боже упаси. Мы просто пытаемся понять, как запрет на бумаге отразится на табло вылетов. Ведь если перевозчику запретили рисковать пустыми креслами, кто оплатит этот банкет? Правильно, мы с вами. Те самые дисциплинированные пассажиры, которые приходят вовремя. Нам кажется очевидным, что авиакомпания заложит риски простоя пустых кресел в стоимость наших билетов. И тогда борьба за наши права обернется борьбой с нашими кошельками, в которой, как обычно, победит сильнейший.

Иллюзия безопасности и техническая замена

Есть еще один нюанс, о котором скромно умалчивают в победных реляциях прокуратуры. Запрет на овербукинг не означает запрет на поломку самолета. Если раньше вам честно говорили Извините, мы продали лишнего, держите ваучер и летите завтра, то теперь, подозреваем мы, риторика изменится. Вам скажут: Ой, борт сломался, меняем на меньший. И вы все равно не полетите, но уже по техническим причинам, к которым ни один суд не подкопается. Наша редакция видит в этом классическую российскую игру в формулировки. Суть проблемы — дефицит провозных емкостей и желание заработать — никуда не денется. Просто теперь пассажира будут высаживать не потому, что он лишний, а во имя безопасности полетов. Чувствуете разницу? Мы — нет. Но зато прокуратура может поставить галочку: права граждан защищены, судебный прецедент создан, салатовые самолеты теперь самые честные в мире.

Продолжение разговора

Подводя итог этому юридическо-авиационному казусу, мы хотим сказать следующее: прецедент создан интересный. S7 теперь официально запрещено быть как все остальные мировые авиакомпании. Станет ли от этого легче пассажиру? Возможно, морально — да. Теперь, не попав на рейс, вы будете знать, что авиакомпания нарушила не просто ваши планы, а прямой судебный запрет. Согреет ли это вас в зале ожидания — вопрос риторический. Мы будем с интересом следить за развитием событий и ценами на билеты. А пока советуем по-старинке: регистрируйтесь онлайн, как только открывается окно, и приезжайте в аэропорт заранее. Потому что судебное решение — это бумага, а самолет улетает по расписанию, и в эту игру музыкальные стулья лучше выигрывать самому, не надеясь на людей в мантиях.